Месяц назад, перед самым Новым годом, сообщение о страшной, нелепой трагедии потрясло всех, кто узнал о несчастье с 13-летним подростком. Максим Квашнин был определен в детский дом в 1999 году по причине лишения его матери и отца родительских прав. Он был одним из лучших воспитанников, способным учеником в школе — готовился поступать в университет; обладал прекрасной памятью, на лету запоминая тексты для выступления в праздничных программах; был очень активным, инициативным и самостоятельным. Но ему не хватало свободы, его сковывали тесные рамки строгого распорядка дня в детдоме, размеренность и однообразие. Он с трудом принимал замечания в свой адрес, был несдержан, вспыльчив. Всегда добивался своего. Об этих чертах характера говорили сотрудники детского дома, педагоги, однокашники. Но говорили с сожалением и болью, он был лучшим и он мог многого добиться, если бы не тот злополучный день…

28 декабря в 11.30 Максим вместе с другими ребятами из ракитинского отделения детского дома вернулись на рейсовом автобусе из школы поселка Ветрово, где был новогодний утренник. Вместе с ними из автобуса вышли дети из младших классов, которых должна была встретить воспитатель, чтобы сопроводить в детский дом, — таковы правила детского учреждения. Но она немного задержалась.
Мальчишки направились в противоположную сторону, к мосту через ручей. Спустились вниз к водоему, который затянулся ровным прозрачным ледком. Ребята закурили. Макс, проверяя ногой прочность льда, вызвался за сигарету перейти через ручей. Друзья отговаривали, но это только подтолкнуло его к действию. Он дошел до середины, лед под ногами предупреждающе трещал, а потом враз обломился и подросток оказался в воде. Один из мальчишек пытался его спасти, протягивая палку, но она сломалась. Взрослые подоспели слишком поздно…
Прокуратурой города проведена проверка по факту гибели Максима Квашнина. Экспертизой установлено, что смерть наступила в результате механической асфиксии — утопления.
Была ли вина в происшедшем со стороны сотрудников и руководства детского дома? Прокуратурой установлено, что согласно приказа по учреждению от 1.09.2005 г. в период учебного года воспитатели старшей группы ракитинского отделения детского дома обязаны встречать детей из школы на остановке в поселке Ракитино: в 11.30 — младших и в 14.30 — старших, и сопровождать их. Это оговорено и в должностных обязанностях воспитателей детдома, которые отвечают за жизнь и здоровье воспитанников, за организацию соблюдения режима дня, правила техники безопасности. Дети были отпущены из школы раньше обычного, о чем воспитатель группы М.Квашнина не знала. Встречавшая младших школьников воспитатель опоздала к автобусу и не видела старших ребят, которые пошли к ручью. Поэтому ее вины не установлено.
В действиях должностных лиц Неманского детского дома, как установлено прокурорской проверкой, усматриваются признаки преступления, предусмотренные ст.293 ч.2 УК РФ — халатность, то есть ненадлежащее исполнение ими своих должностных обязанностей, недобросовестное отношение к которым повлекло по неосторожности смерть человека. Однако установлено, что работники детского дома, на которых возложена ответственность за жизнь и здоровье воспитанников детского дома, не могли предвидеть наступления смерти подростка, так как не знали, что дети вернуться из школы раньше обычного, а потому инкриминировать им преступное легкомыслие, небрежность или оплошность в части исполнения своих должностых обязанностей по отношению к погибшему воспитаннику нет оснований.
Прокуратурой по результатам проверки вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по факту смерти Максима Квашнина.
И, наверное, это решение справедливо, ибо те, кто хоть раз побывал в детском доме, не могут упрекнуть ни одного из сотрудников этого учреждения в бездушном, халатном отношении к детям, которые окружены здесь теплом, заботой и вниманием. Этот большой дом стал для сирот и оставленных без попечения детей родным очагом, где их любят и делают все возможное, чтобы их детство было таким, как у многих домашних детей. И этот несчастный случай стал общей бедой, уроком для всех. Так или иначе, просто по-человечески, когда невозможно смириться с потерей ребенка, и свидетели трагедии и воспитатели еще долго будут в душе винить себя: если бы знать, что такое возможно, что так тонка ниточка между жизнью и смертью, как первый прозрачный лед на ручье.

Л.Андреева,
подготовлено по материалам городской прокуратуры
«Неманские вести»